Туроператор с 1988 года
+7 (342) 249-82-22
Намибия: нежаркая Африка
Меню
1 Декабря 2010
Вокруг – выжженная сентябрьским весенним солнцем трава, с редкими островками чахлых кустов. Казалось, что худшие опасения сбываются. Ну, как страна, где находятся огромные пустыни – Калахари и Намиб, может быть привлекательной?
     Времени для подготовки поездки не было. В пятницу купили билеты, а в воскресенье утром, 14 сентября, улетели из Перми. В аэропорту узнали о трагедии с «Боингом»; настроения никакого. Наконец, вышли из самолета в Виндхуке. Вокруг – выжженная сентябрьским весенним солнцем трава, с редкими островками чахлых кустов. Казалось, что худшие опасения сбываются. Ну, как страна, где находятся огромные пустыни – Калахари и Намиб, может быть привлекательной?  

В гостях у Мюллера
1.jpgЧас езды от аэропорта — и мы в охотничьем мини-отеле «Леопард Лодж». Хозяин Эрик Мюллер — потомственный бур (буры — белые потомки голландско-немецких колонизаторов, поселившихся на юге Африки в XVII веке), его загородная резиденция обустроена с истинно бурской основательностью: дома возведены из камня, а водонапорная башня напоминает замок. Лодж соответствует хорошему 3-звездному отелю, даже есть свой бассейн, в каминном зале — чучела льва, носорога, крокодила и других менее агрессивных обитателей саванны. Эрик, как и все буры, — прирожденный охотник; он неоднократно бывал в России и даже подстрелил медведя в Пермском крае. Сейчас предпочитает работать с российскими охотниками. Флаги Намибии и России, поднятые перед домом, тому подтверждение. Однако время приближалось к пяти часам, а еще через два часа в буше — темно. Не теряя времени на отдых, наша небольшая группа на внедорожнике отправилась на осмотр местного охотничьего хозяйства. Территория «Леопард Лоджа» — более 5 тыс. га, увидеть все интересные места за час-полтора не представлялось возможным.

Не проехав и километра, мы буквально у дороги обнаружили стадо антилоп гну. Гну — крайне осторожные животные, полюбоваться этими мощными черными красавцами удалось всего несколько секунд. Затем начался настоящий калейдоскоп парнокопытных: в русле сухой реки гигантские ориксы с прямыми и острыми, как шпаги, полутораметровыми рогами, на поляне за холмом— милые, похожие на мультяшных героев желто-белые спринбоки, полосатые зебры. Выйдя из машины, видим, как из кустов через дорогу с треском вылетела стая «бородавочников» — черных африканских кабанов с устрашающими клыками…

221.jpgС первым испугом пришло понимание: это не зоопарк, это Африка. Впоследствии выяснилось, что «бородавочники»— одни из самых миролюбивых и забавных созданий в буше. И мы уже с улыбкой смотрели на них, что-то постоянно промышляющих в земле, и убегающих в густую траву при первом приближении людей. У взрослых особей «бородавочников» — комичный, постоянно поднятый вертикально хвост, увенчанный кисточкой. Он служит ориентиром для бегущих след в след детенышей. В половине седьмого, возвращаясь к гостевым домам лоджа, на дороге встретили трех гиен — тех зверей, которые могут соперничать со львами среди хищников. Гиены не заинтересовались нашей машиной (и ее пассажирами), и мы с облегчением поехали дальше. Почти в сумерках увидели мирно объедающих верхушки деревьев жирафа и двух любопытных гепардов.

Переполненные впечатлениями от первых нескольких часов в Африке, мы расселись за столом в каминном зале охотничьего домика. Всего два часа поездки по бушу, в непосредственной близости от аэропорта, а мы уже увидели несколько десятков животных, причем разных видов! «У нас в крае я всего три раза видел лосей из машины, хотя езжу по лесам достаточно много», — подумал я. Тут в каминный зал ввалилась интернациональная группа охотников, которые ездили по лоджу с ружьями, а не с фотоаппаратами. Все возбужденно обсуждали трофеи, а единственный русский среди охотников, Игорь, объявил: «У меня пара зайцев и орикс под 200 кг». С Игорем нам повезло — до переезда в Москву он несколько лет работал российским консулом в Виндхуке. За дегустацией южно-африканских вин и жаркого из пяти видов антилоп он рассказал, почему Намибия так привлекательна для жителей северных стран.

Во-первых, это самая малонаселенная страна мира после Монголии, а территория Намибии — в полтора раза больше Франции. Во-вторых, комфортный для европейцев климат на центральном горном плато; климат своеобразный, необычный для Африки. В сухой сезон с марта по ноябрь днем температура здесь составляет 24-25 °C , а после захода солнца —14-16 °С. В июле несколько раз столбик термометра опускается ниже нуля. В-третьих, это одна из самых чистых стран Африки — туристам не нужно прививаться от малярии и других африканских болезней. Из-за отсутствия крупных рек вся питьевая вода — артезианская, в отелях ее можно даже пить из-под крана.

12.jpgВ-четвертых, Намибия — единственная страна в Центральной и Южной Африке, в которой русским не требуется виза. И где еще можно, вылетев пятницу вечером из Москвы, к ужину в субботу реально иметь трофеи? При этом количество иностранных туристов, посетивших страну в прошлом году, приближается к миллиону, из них россиян — всего человек 200. Почти вся земля на центральном плато находится в частных руках и поделена на 4,5 тыс. владений.У кого-то поместье (лодж, ранчо, геймпарк) — 5 тыс. га, а у кого-то— 50 тыс. Каждое такое владение обнесено забором из проволоки, в некоторых местах по проволоке пущен ток. «Забор длиной в 20 или 30 км, неслабо», — подумал я. Это сделано для того, чтобы животные не перебегали от одного хозяина к другому. Владельцы используют свою землю по-разному. Для одних это просто личное место отдыха, наиболее предприимчивые строят мини-отели и принимают туристов на фотосафари, третьи организуют охоту. Охота в Намибии — одна из самых комфортных и результативных в Африке. Но это недешевое удовольствие. Добыть бабуина, кабана или небольшую антилопу стоит до 500 евро, а крупных быков или жирафов — до 1,5 тыс. Самые дорогие леопард и гепард — 4 тыс. евро за каждого. По стоимости охоты на львов, носорогов и слонов приходится договариваться отдельно.

Дороги и лоджи
Вторично нам повезло с гидом Олегом Галкиным, хозяином фирмы «Ягуар турс». За 10 лет жизни в Намибии он не только побывал во всех ее отдаленных уголках, но и приобрел некоторый намибийский пофигизм по отношению к расстояниям. Обсуждение маршрута шло с чистого листа:
— 600 километров до Этоши?!
— Ерунда, за пять часов доедем.
— Нам сказали, в лоджах Этоши нет мест…
— Ерунда, есть лодж в 125 км от входа в парк, хорошее место…

7.jpgЗабегая вперед, скажу, что, когда мы в конце поездки вышли из его «Ленд крузера», на спидометре было 2940 км, из них почти 1500 мы промчались по грунтовке. Колониальное прошлое страны, конечно, оставило после себя наследство: любовь к чистоте и порядку, плюс лучшие дороги в Африке. По асфальту мы шли под 180, по грунтовке — до 140 км в час, и нас за неделю всего пару раза тряхануло на кочках. Для пикников на дорогах через каждые 20-30 км устроены специальные площадки, чаще всего под большим раскидистым деревом. Скамейки, стол, тент от солнца и обязательно — контейнер под мусор, который регулярно чистится. К середине пути начали специально искать на обочинах брошенные пластиковые кульки, бутылки, банки из под пива. А их нет… В последний день нашли две банки из-под колы на гольфовом поле в фешенебельном отеле Виндхука. Видимо, иностранцы после себя оставили.

Проселочные грунтовые дороги обладают сервитутом, то есть по ним можно продвигаться по частным владениям без каких-либо ограничений. Единственная проблема — необходимо постоянно открывать и закрывать ворота (они не на замках, а на задвижках), пересекая очередное поместье. Все грунтовые дороги имеют свою нумерацию и даже в самых глухих уголках страны имеются указатели. На крупных деревьях вдоль дороги видны гигантские гнезда, похожие на толстые ватные одеяла. Оказалось, с этими гнездам связана одна из намибийских шуток. Приезжим новичкам, интересующимся, кто живет в гнездах, рекомендуют встать под таким деревом и громко хлопнуть в ладоши. Последствия — ужасающие.

Со страха несколько сот маленьких птиц-ткачей, построивших гнездо, одновременно опорожняют свои желудки прямо на незадачливого любителя природы. Для фотосафари и охоты наиболее удобное время — сухой сезон, в буше остается немного мест, где животные могут утолить жажду. Обычно это небольшие озерца или болотца. К ним и привозят хозяева лоджей всех любопытствующих. В лоджах, где организуется охота, животные более осторожны, а в геймпарках и заповедниках их можно лучше рассмотреть. Олег рассказывал, что один из его знакомых уже несколько лет запретил охоту в своем лодже и постоянно прикармливает спринбоков и цурикатов. Каждое утро десятки животных толпятся у крыльца его дома, и он со слезами умиления на глазах кормит их из рук, приговаривая: «Вот это счастье, счастье…» «Маунтин лодж», где мы остановились на вторую ночь, вплотную примыкал к границе заповедника. Половина территории лоджа использовалась для фотосафари, а вторая — для охоты. Охотничья направленность лоджа особо не рекламировалась, чтобы морально не травмировать чувствительных европейских любителей и защитников природы, приехавших поснимать зверюшек. Но русским показали все: и спрятанные в горах шикарные охотничьи домики, и отмокающие в огромных вонючих чанах головы львов и леопардов, и процесс выделывания шкур и изготовления чучел.

Наконец, мы увидели, как делают гастрономическое чудо юго-западной Африки — билтонг, сушеное мясо антилопы. В «Маунтин лодж» нет естественных водоемов; его предприимчивые владельцы пробурили артезианские скважины, установили насосы, работающие от ветряков и солнечных батарей, и организовали искусственные водопои. Здесь - для носорогов, там - для жирафов, чуть дальше - для антилоп. Только львы выбрали водопойное место по своему усмотрению. На вторую ночь нашего пребывания там львы вообще подошли к веранде нашего лоджа и устроили оргию с воплями, рыком и ломанием кустов. Но днем мы их не увидели, только белых носорогов на водопое, восемь штук, каждый — по три тонны весом. «Сейчас не брачный сезон, носороги не агрессивны, можете выйти из машины», — успокоил нас проводник Рей.

Этоша3.JPG
Наряду с парком Крюгера в ЮАР и Серенгети в Танзании, намибийская Этоша входит в пятерку самых знаменитых национальных парков Африки. И хотя больше половины Этоши закрыта для туристов, от южного входа в парк до восточного по дороге — аж 170 км. Разница между охотничьим лоджем и заповедником ощущается сразу, как въезжаешь за ворота. У ближайшей лужи — десятки зебр, ориксов, спринбоков, не боящихся машины и пасущихся от дороги в двух-трех метрах. Но нас интересовали львы. Рей связался по рации с коллегами, те сообщили — большой прайд у водопоя в местечке Окондека. Подъезжаем к указателю— до Окондека 19 км. Под указателем лежит в тенечке шакал, напоминающий нашу небольшую дворнягу. Впечатление обманчивое — это один из лучших охотников и буше. Его специализация — детеныши больших животных и птицы. 

Через несколько дней мы увидим, как в миллионной колонии котиков на Берегу Скелетов шакалы крали у зазевавшихся мамаш новорожденных детенышей и, далеко не отходя от берега, душили их и пожирали. В общем, хищники-педофилы. Быстро проскакиваем указанные километры и видим уже три машины около прайда. Никто не открывает окон и не пытается вылезти наружу. Расстояние в 50 метров лев преодолевает за три-четыре секунды. В прайде — огромный вожак с лохматой гривой ирокезом, два молодых самца и семь львиц. Наблюдаем минут 40, вожак периодически устраивает разборки, отгоняя самку от молодого льва, ложится рядом и покровительственно кладет лапу сверху. Лежащий в буше лев не производит сильного впечатления, но когда кошка весом почти в четверть тонны начинает грациозно двигаться в твою сторону, негромко порыкивая, снова вспоминаешь: это не зоопарк, это — Африка (подобные эмоции мне приходилось испытать только во время первого ныряния на Сейшелах рядом с белыми акулами).

9.jpgВ то же время через дорогу к водопою продолжает двигаться стадо антилоп. Присутствие львов для них — неизбежное зло. Рей рассказал, как охотятся этот прайд. Большой самец (пардон) писает с наветренной стороны озера, а львицы прячутся в кустах на противоположной. Запах льва приводит в ужас всех животных на водопое, и они бросаются в сторону затаившихся самок. Тем остается прыгнуть, задрать добычу и пригласить вожака на пиршество. «Вот это — настоящая мужская работа», — со смехом прокомментировал Олег. Оставив прайд в покое, мы поехали на северо-восток посмотреть три лоджа, которые получили разрешение разместиться прямо на территории Этоши у водопойных ям: Ококьэджо, Халали и Намутони.

В засушливый сезон самым интересным оказался лодж Ококьеджо на юге парка. Вокруг водопоя, диаметром метров в 30, полумесяцем построена каменная стенка. С внешней стороны натянута проволока под напряжением — для защиты туристов от диких животных. За стенкой — аккуратные домики со всеми удобствами и кондиционером. Здесь же «расписание» подхода животных к водопою. То есть у туристов есть возможность круглосуточно (вечером включают прожекторы) наблюдать за различными видами, приходящими прямо к отелю. «Это для пенсионеров», — решили мы и поехали в Олифантсбэд, где, по уверению Рея, сосредоточились основные стада слонов.

Первого увидели через три километра. Гигантский старый самец с одним бивнем неторопливо переходил дорогу. «Следите за ушами, — сказал Олег. — Если он начнет ими быстро махать, значит, агрессивно настроен. Три месяца назад такой красавец понесся прямо на машину, и мне пришлось метров 200 ехать задом. Поднятая колесами пыль дезориентировала его, и только после этого удалось избежать неприятностей». Но наш был настроен миролюбиво — видимо, возраст сказывается. Горные слоны Намибии — самые крупные в Африке, а соответственно — и в мире. По ощущениям, раза в полтора выше индийских. Сразу вспомнилась сцена битвы из второй части «Властелина колец». Видимо, намибийские гиганты вдохновили режиссера на съемки эпизода с боевыми слонами. Мы методично объезжаем все водопои, известные Рею в Этоше. Зебры, жирафы, страусы, вездесущие бородавочники и даже птица-секретарь.

Ближе к вечеру замечаем скопление машин у дороги. Подъехав, обнаруживаем тушу антилопы на верхушке дерева. Ее затащил леопард — самый редкий и осторожный хищник в Этоше. Спрятавшись в траве в 20 метрах отсюда (изредка мы видим хвост и уши), он терпеливо ждет, когда разойдутся непрошенные зрители. До закрытия парка — 40 минут, а нам нужно ехать еще 70 км. Нарушая правила, мчимся под 120 км/ч и чуть не расплачиваемся за поспешность. Две антилопы куду выпрыгивают на дорогу перед капотом. Визг тормозов, столб пыли, выброс адреналина. У Олега вспотели руки: «Три года назад на дороге куду убили моего друга, пробив рогами дверь машины»,— говорит он. Для автомобилистов куду — самый опасный зверь в Намибии. Я представил, что было бы, если бы трехсоткилограммовая туша врезалась в наш «Крузер». Уже подъезжая к воротам парка, около семи вечера мы увидели львов снова. Пара молодых самцов неспешно брела вдоль дороги — скорее всего, разыскивая подружек.

Пустыни Берега Скелетов
111.jpgРядом с Этошей, в городке Каманджаб — перекресток главных дорог. На север, до водопада Руакана — 300 км; на юг, до Свакоп-мунда — 290 км. «За один день не успеть», — говорит Олег. Неужели мы не увидим Каоколенд, баобабы и легендарное племя химба? Особенно беспокоимся из-за химба, которых осталось что-то около 15 тыс. Они — самая пассионарная часть народа гереро, духовных родственников непобедимых зулусов с восточного побережья Африки. Но нам везет. 

Остановившись на заправке, видим молодых мамаш с детьми. Робко спрашиваю: «May I make a photo?» Старшая равнодушно отвечает: «four dollars». Да, все, как в путеводителе. Много украшений, браслеты на руках и ногах и кожа, покрытая неорганической красной краской, смешанной с соком местных растений — это защита от насекомых. Химба никогда не моются, не пользуются благами цивилизации; мужчины охотятся и пасут скот, а женщины занимаются хозяйством и детьми. Это очень независимые гордые люди, не похожие на другие коренные намибийские племена.

жираф.JPGДорога на юг напоминает иллюстрации к учебнику географии: саванны сменяются бушем, затем высокогорным редколесьем, тропическими полупустынями и пустынями. Справа остаются «сожженные горы» — массив Бранденберг. Самое высокое место в стране — родина знаменитых горных слонов. Вот, наконец, показались огромные стометровые дюны — это Свакоп- мунд. Город получил мировую известность весной 2006 года после того, как здесь три месяца жила беременная звезда Голливуда Анжелина Джоли, вместе с ней были ее дети и муж Бред Питт. Они снимали номера в обычном трехзвездном отеле «Лонг Бич Лодж». Анжелина слетала на самолете в Этошу, а затем благополучно родила ребенка в местной клинике. Своим поступком она доказала всем, что Намибия — то место, где можно жить и рожать детей.

После такой рекламы количество иностранных туристов выросло на 20%. Свакопмунд и его ближайший сосед Уолфиш-Бей появились благодаря соперничеству немецких и английских колонизаторов, которых сменили южноафриканцы. Последняя волна немецкой эмиграции зафиксирована в 1945 году. И нам показалось, что немецкое влияние в Намибии значительнее. Пивзавод «Ханза» с лучшим пивом в Африке, «Октоберфест» в Виндхуке и камень в центре столицы с надписью: «Мы помним о восточных провинциях Германии». Районы между Свакопмундом и Уолфиш-Беем — главная курортная зона Африки. Пляж длиной в несколько сот километров, песчаные дюны, пальмы и абсолютно европейские чистейшие городки на побережье Атлантики. Африканская Прибалтика. Вот только вода холодная: +14-16 °С, купаться можно только в январе, когда океан прогревается до +22 °С. Всему виной — Бенгельское течение, несущее на север воды Антарктики. Холодная океанская вода и горячее тропическое солнце оказались очень комфортными для многочисленных морских животных и рыбы. Уолфиш-Бей — основной морской порт страны.

5.JPGДо недавнего времени здесь пребывало несколько сот российских моряков, работавших на рыболовецких судах. Даже начальник порта и главный лоцман были русскими. Но этот бизнес стал нерентабельным, и сейчас посреди гавани подобно памятнику стоит проржавевшее судно «Улан» из Калининграда. А портовые сооружения используются туристскими катерами. Для морской прогулки нам достался кораблик по имени «Казанова». Через несколько минут стая голодных пеликанов буквально облепила наш катер с требованием дать рыбы на халяву. Скормив нахальным птицам с полведра, наш капитан двинулся дальше. Внезапно на палубу прямо на сиденья запрыгнул из воды морской лев весом в 200 кг, начал вопить, тоже требуя халявной рыбы. Насытившись, он позволил всем желающим сфотографироваться с ним в обнимку и даже поцеловаться. Видимо, это и был «морской Казанова», который целует всех девушек-туристок, и в честь него назвали наше судно. Потом были дельфины, горбатые киты, котики. Правда, косаток нам так и не удалось увидеть.

Автор: Генеральный директор бюро путешествий «Евразия» Сергей Минаев